А на второй день войны, 23 июня 1941 года, Мерецков был арестован как участник военного заговора «врагов народа». За сухой протокольной фразой «применялись физические методы воздействия» стоят долгие допросы и издевательства, и просто невозможно представить, что чувствовал 44-летний боевой генерал, талантливый военный стратег и тактик, Герой Советского Союза, когда его избивали в бериевских застенках. Ведь когда через три месяца, без всяких объяснений и извинений он был освобожден и доставлен в Кремль к Сталину, Мерецков просто не мог стоять на ногах…

Сталин отправил Мерецкова на Северо-Западный фронт, представителем Ставки Верховного главнокомандующего в 7-ю, а потом 4-ю отдельную армию. Сохранились поразительные воспоминания Добровольского, комиссара Седьмой армии (их приводит в своем «Дневнике» Ольга Берггольц):

«Выслушал приказ сотрудника НКВД: – Встречай командующего армией, смотри, чтоб не ушел к немцам или чего с собой не сделал, а то – во (к лицу Добровольского гепеушник подносит сжатый кулак).
Прилетел самолет. Вылезает оттуда Мерецков, небритый, грязный, страшный, прямо из тюрьмы.
(Далее) Добровольский рассказывал: идет бриться. Добровольскому:
– Ты, что ли, ко мне приставлен? Ну, пойдем на передний край.
Ходит, не сгибаясь, под пулями и минометным огнем, а сам туша – во.
– Товарищ командующий, вы бы побереглись…

  Ответить   Жалоба

– Отстань. Страшно – не ходи рядом. А мне не страшно. Мне жить противно, – понял? Ну, неинтересно мне жить. И если я что захочу с собой сделать, – ты не уследишь. А к немцам я не побегу, – мне у них искать нечего… Я все уже у себя имел…
Я ему говорю:
– Товарищ командующий, забудьте вы о том, что я за вами слежу и будто бы вам не доверяю… Я ведь все сам, такое же как вы, испытал.
– А тебе на голову с…ли?
– Нет… этого не было.
– А у меня было. Мне с…ли на голову. Один раз они били меня, били, я больше не могу: сел на пол, закрыл руками голову вот так руками, сижу. А они кругом скачут, пинают меня ногами, а какой-то мальчишка, молоденький, – расстегнулся и давай мне на голову мочиться. Долго мочился. А голова у меня – видишь, полуплешивая, седая… Ну вот ты скажи, – как я после этого жить могу?
– Да ведь надо, товарищ командующий. На вас надеются. Видите, какая обстановка.
– Вижу обстановку…

Да, он видел обстановку и больше никогда не позволял себе воспоминать эти унижения. Потому что всегда считал себя на службе народу (именно так назвал он свои мемуары), и сейчас этот его народ, на израненном Северо-Западном фронте пытавшийся остановить рвущуюся к Ленинграду вражескую лавину, надеялся на него.

  Ответить   Жалоба

Боевые товарищи – от солдата до генерала – горячо любили маршала Мерецкова за человеческое обаяние, исключительную порядочность, постоянную заботу о людях и душевное отношение к ним. Командующий знал в лицо многих бойцов своего большого Волховского фронта. Бывая в войсках, обязательно проверял солдатское обмундирование и полевые кухни. Старался сам лично награждать отличившихся в бою. Вновь прибывших «необстрелянных» командиров посылал на день на передовую – побыть под огнем, разделить смертельную опасность с рядовыми бойцами и учиться беречь солдатские жизни.

Он честно делил солдатскую долю с теми, кем командовал, не искал привилегий ни себе, ни своим близким. Сын Мерецкова, Владимир, 18-летний лейтенант-танкист, воевал на Волховском фронте в составе 7-й гвардейской танковой бригады – не приучен был отсиживать за широкой генеральской спиной отца. И командующий фронтом, посылая на смерть тысячи других чьих-то сыновей, не мог позволить себе уберечь единственного сына от того, чтобы он водил в атаки танковый взвод. Они оба были Мерецковы… Виделись отец и сын не часто. Вот пример одного из таких «свиданий». Ворошилову и Мерецкову, осматривавшим командный пункт одной из дивизий и попавшим под обстрел, были посланы на помощь два танка. После боя генерал сурово выслушал доклад покрытого копотью танкиста, вошедшего в блиндаж. А Ворошилов, когда вгляделся в лицо танкиста, то воскликнул: «Кирилл Афанасьевич, ведь это твой сын!». И уточнил: «Этот сын – твой единственный?». – «Все бойцы тут мои дети», – ответил Мерецков.

  Ответить   Жалоба